Решил я друзья телек себе купить плазменный. И вот сижу на работе, хлебаю чай и вспоминаю, как жизнь мне непринуждённо так намекнула, что я босяк ёбаный, когда я на цену этого аппарата взглянул. И захотелось мне деньжат по-лёгкому срубить, чтоб значит купить себе это креативное изобретение узкоглазых учёных. В поисках идей светлых начал я озираться по сторонам и тут мой взгляд упирается в заголовок, в небрежно оставленной кем-то газете «Куплю волосы нах. Дорого». Перед глазами, как раз брокер наша Ленчик мимо продефилировала, покачивая булками сорок кило каждая. Я как глянул на её мозговарку, ёбт и обомлел. Волос на башке как звьозд на небосклоне. Густые суки такие, чорные как у мрачножопых афроамериканцев и спускаются самой жирной жопы. Растит, наверное, чтоб прикрывать свою нелицеприятную духовку. Такими волосами зашибить можно, если например орудие, какое ёбаное из них соорудить. Там аркан или кистень. Я, не допив чай, кинулся звонить по указанному в прессе номеру.
- Почем волос берёте. – Не дождавшись, примитивного «алло» тихо спросил я.
- Семьсот долларов килограмм. – Удивлённо ответили мне. Я положил трубку. Перед глазами всё поплыло. Семьсот баксов. За кило этого хранилища перхоти. Ебануца. Я с любовью посмотрел на щелкающую калькулятором Лену и радостно вышел в коридор.
«Семьсот баксов. А на ней там, наверное, полтаруха кило висит. Штука баксов». Разговора о том, что Лена эта ёбаная, добровольно острижётся и подарит мне свою волосню не было. Оставалось два способа. Убить её нахуй или напоить вусмерть. Конечно, я эту жирную стервозную пизду с удовольствием отоварил бы ржавой трубой ради телека, но намедни где-то вычитал, что за убийство в нашей конченой стране могут кинуть в темницу сырую. Нахуй. Я схватил календарь и тупо уставился в него. До восьмого марта 5 дней. Лена наверняка, тварь ёбаная, нахуяриться в лепёшку, а там срезать её шевелюру дело техники. Меня охватило нетерпение. Надо подготовиться.

8 марта, как всегда сопровождалось обычным долбоебизмом. Поздравляю дорогая, хуё-маё. Короче еле дотерпел до вечера, когда всё наше офисное бандформирование начало хуярить водку из заказанной цистерны. Сам я не квасил. Въебал только для смелости 500 грамм и нервно проверил ножницы в правом кармане, а пакетик в левом. Лена сидела рядом и хуярила по плану. Я нежно пригладил ей волосы и плеснул в стакан.
- Пей цыплёнок. – Лена улыбнулась мне и с хрюканьем очистила ёмкость.
Хоть напоминала она мне гиппопотама, отступать некуда. Плазменник в магазе я уже заказал. Самсунг блять.
Короче хоть и читал я, что в этом деле главное терпение или как там это называется бля, но терпеть уже не было сил. На мой взгляд, клиент созрел. Бутылку Лена всадила точно. Хотя её 130 кило могли легко горилку растворить среди жира. Риск блять, как он есть. Я наклонился к Лене и отодвинул аккуратно прядь волос от свинячьего уха.
- Пошли Ленчик покурим, чоли?
Лена соскочила с табуретки и потрусила на выход. На улице стояла толпа и шмалила. Я тяжело вздохнул и опустил глаза. Прямо под ногами на земле лежал мой самсунг.
- Пошли чоль уединимся. Людно тут. – Промямлил я.
Лена радостно гикнула и транспортировалась за здание в сторону кустов.
- А ты давно на меня запал? – Спросила она и опустилась на колени.
- Давно. – Вздохнул я и опять потрогал ножницы в кармане. К вечеру заметно похолодало. Звёзды на небе мерцали. «Мороз, наверное, будет» - сообразил я. Потекли монотонные минуты ожидания. Я чтобы убить время поковырялся в носу и покурил. Лена внизу похрюкивала от натуги. Так мы, развлекаясь каждый по-своему, простояли минут пять. Затем Лена встала с колен.
- Теперь ты меня. – И стала раком. Я ожил. Нужная позиция.
Я достал заготовленный гондон и натянул его на шлагбаум. Затем поставил Лену на четвереньки и влупил. Пока Лена извивалась и чота там пьяно кряхтела, я делал своё нехитрое дело. Достал ножницы и открыл пакет. Затем схватил волосы и начал типа в порыве страсти их наматывать на кулак. Пару раз запутался сцуко в её дебрях и чуть не спалился когда потянулся, а у меня перец чёто выскочил и в Ленкин говнопровод непроизвольно начал залазить. Она сцука дёрнулась с перепугу, что я ей глину несанкционированно замешу в анусе, так я еле удержал её тушку от конвульсий и опять ввёл кочан в нужное отверстие.
Короче намаявшись и прикинув, что намотанной волосни на телек хватит, я решил срезать и занёс руку с орудием. И тут меня сцуко похлопали по плечу. Хрен выскочил и опять воткнулся в Ленину необъятную сраку. Та снова начала дёргаться сука, спасая шоколадку. Я обернулся. Сзади маячил Андрюха с транспортного. Пьяный в сисечку.
- Лёха. – Обратился он.
- Пиздуй Андрюха.
- Лёхааааа бляяяя.
- Иди бля баран. Я занят.
- Лёхааааа.
Я опять всадил Лене. Подёргавшись для приличия, я одним махом срезал её шевелюру и пихнул в пакет. Вроде не заметила. Продолжая ебать я схватил за грудки продолжавшего базарить с луной Андрюху. Затем выдал ему гандон и показал, куда надо вставлять. Андрюха оживился и снял штаны, а я придя домой, аккуратно выложил волосы на газету и подрочил.

- Тебе идёт новая причёска. – Поздоровался я с Леной в понедельник и деловито сел на своё место. Затем налил чаю, открыл инструкцию и погрузился в сложные технические дебри плазменного чуда.

В повседневной жизни постоянно сталкивается множество противоположностей: день и ночь, лето и зима, прилив и отлив, люди и пидорасы. Но, в отличие от сбалансированных и гармоничных природных явлений, в человеческом обществе царит хаос. Современная наука пасует перед проблемой вычисления популяции этих видов. И если подсчитать, сколько гениев приходится на среднестатистического человека, можно хотя бы приблизительно, то определить соотношение людей и пидорасов представляется затруднительным. Судя по количеству дерьма вокруг, племя пидорасов многочисленнее.

Удивителен механизм самоидентификации. Люди, настоящие люди, отзывчивые, честные, тёплые, сами себя считают пидорасами и переубедить их не представляется возможным. Они грызут себя за каждый проступок, за грубое слово, за недостаточное внимание к близким, за неспособность помочь всем страждущим, прыгнуть выше головы и перевернуть мир, чтобы он начал наконец вращаться в нужном направлении. Они отрицают право на ошибку и искренне считают себя ужасными, недостойными созданиями. Не видя собственных достоинств они, тем не менее, с готовностью находят достоинства в других.

Совсем другое дело - пидорасы. Эти свято верят в свою исключительность, отсутствие недостатков, в то, что именно их правда - единственна и неделима, и, как лучшие сыны человечества, смотрят на остальных надменно и презрительно. Они сгноят любого, кто осмелится им возразить, кто не примет из веру и взглянет на нимб без должного почтения. У них есть ответы на все вопросы, они хоть сейчас готовы принять бразды правления в свои руки и вершить чужие судьбы. Они далеки от сомнений, переживаний и ответственности за других. Пидорасам давно известен смысл жизни, и смысл их жизней - они сами.

Кто же они такие, пидорасы? О, их видно за версту. Хамьё в транспорте, магазинах и присутственных местах, оголтелые фанатики, стукачи, приживалы, склочные бабки во дворе, гопота с её любовью гадить везде, где возможно, подростки, знающие слово "хуй", но не знающие слово "спасибо", шумные соседи, дурно воспитанные футбольные болельщики, т.н. друзья, сливающиеся, едва взяв в долг, лучшие подруги, положившие глаз на чужого мужчину, мужья, бьющие жён, гулящие супруги, современные рыцари, полагающие, что за ужин женщина платит сексом, современные принцессы, верящие, что за секс мужчина должен им ужин, дети, забившие на стариков-родителей, родители, не уделяющие внимания детям, чайлдфри, в своём эгоизме разучившиеся любить, шовинисты всех мастей и пр. и пр. и пр.

Диалог невозможен, конфликт зачинает пидорас и он же одерживает убедительную победу. Побороть пидораса может только такой же пидорас, нормальный человек пасует, не обладая необходимыми для схватки запасами желчи и агрессии. Пидорасы, будто чуя кровь, бьют по самым уязвимым местам: достижения, семья, надежды. Это не смертельно, но неприятно и порою больно, и, движимые инстинктом самосохранения, люди сбиваются в маленькие стайки себе подобных, оставляя пидорасам право господствовать на этой земле. Пидорасы принимают миролюбие за слабость и капитуляцию, торжествующе тявкают и пытаются ещё раз куснуть за ляжку, чтобы закрепить победу.

Каковы корни пидоразма? Пидоразм не заразен и не передаётся по наследству, но является тяжёлым неизлечимым заболеванием, не ведущим, увы, к скорому летальному исходу. Пидоразм рождается из скудоумия, алчности, зависти, лености, трусости, лживости и непомерного тщеславия. Неспособные искренне сопереживать, сострадать, творить добро - становятся пидорасами. Не умеющие уважать чужое мнение и чужие слабости, любить и прощать - становятся пидорасами. Не верящие в красоту, искренность, отзывчивость, дружбу и преданность - становятся пидорасами. Не умеющие думать, слушать, мечтать, чувствовать, делиться, заботиться - становятся пидорасами.

Каждый пидорас мнит, что весь мир ополчился против него, что кто-то что-то ему должен, что он не оценен по заслугам, что он достоин большего. Не имея и толики воображения, томится смутным ожиданием неких перемен, когда все вокруг падут ниц и признают его исключительность. Не имея талантов и способностей, отчаянно завидует тем, кто добился большего, завидует, тайно восхищается и за это ненавидит. Пидорас ленив и инертен, и ревнует к тем, кто смог оторвать жопу от стула и сделать хоть что-нибудь, для себя и для других. Пидорас способен положить жизнь на то, чтобы низвести других до своего уровня и испытать от этого удовольствие.

Пидорасы питаются чужими переживаниями, этот примитивный паразитизм - единственная из доступных им жизненных радостей. Сами они неспособны генерировать позитивные эмоции, поэтому, едва заприметив, мгновенно присасываются к людям открытым и восприимчивым. Наглостью, хамством, истеричностью и жестокостью пидорас изо всех старается досадить другим, вывести из равновесия и от пуза нажраться чужим недоумением и брезгливостью. Наивно полагать, что пидорас способен внять зову логики, утихомириться или измениться. Нет у него к этому никаких способностей, ни умственных, ни душевных.

Так как же быть? Чтобы отделаться от пидораса, не нужно опускаться до его уровня, от этого случается мигрень. У всех них есть ключевые слабости: трусость и жадность. И этого вполне достаточно, чтобы любого пидораса поставить на место.

P.S. Слово "пидорас" используется в данном тексте 27 раз.
P.P.S. Да, я тоже пидорас.
P.P.P.S. 28 раз.

http://dragetta.livejournal.com/150152.html

Когда я был маленький у меня был любимый анекдот, смысл которого я не помню, но из которого я вынес, что в мире песен есть только три светоча - Пугачёва, Ротару и Антонов. Они так и остались из тех теперь уже далеких 80-х моими "номерами один". Т.е. круче, популярнее, талантливее их для меня очень долго никого не было.

Одно из первых моих визуальных воспоминаний, связанных с Аллой были два фильма, которые я тоже смотрел в тех же 80-х в кинотеатре. Первый я вообще не понял. Там лохматая тётечка в балахонах до пят была певицей. её показывали то в машине, то на репетиции на сцене, то размахивающей руками-крыльями на стадионе. Сюжета не было, были только песни. Много песен.
Второй фильм назывался "Сезон чудес". Сюжета вообще не помню, но песни этой же тётечки - "Белая дверь" и "Отражение в воде" унёс из кинозала и до сих пор считаю их одними из самых сильных песен АБ.

Родители тоже любили Аллу (а кого тогда ещё можно было слушать?). Иногда большие пластинки-сборники покупались только радио одной новой супер-песни Аллы. Я не знаю, где сейчас эти старые виниловые пластинки, но конверты от них, где были напечатаны списки песен, среди которых находились и композиции АБ до сих пор перед глазами. А ещё в детстве я любил танцевать и бесится под неё. Когда дома никого не было (я рос очень стеснительным) я врубал проигрыватель и прыгал под "делу-время, делу-время! потехе-час! поднимусь, ух, поднимусь..."

Всплеск адреналина в детстве я получил, когда в новой серии "Ну, погоди!" Лиса изображала Аллу и собиралась петь на сцене в тумане и огнях "Айсберг".

Потом были Рождественские вечера, песни которых я записывал на подсоединенный к телевизору магнитофон. Будучи подростком и увлекаясь модными тогда Кар-Меном, Фристайлом, Комбинацией и кем-то ещё... я неожиданно для себя открыл песни АБ, которые как-то в своём детстве пропустил. Я собрал целую кассету лиричных песен певицы, среди которых самой популярной в моём списке оказалось песня "Не отрекаются, любя". В какой душевный трепет приводила меня эта песня когда-то...

Помню, как терпеть не мог её любимчика Челобанова - голос и внешний вид этого человека вызывал у меня отврщение.

Помню, как в цирке с 10-12-летней дочкой она выступала на сцене и пела ей ещё одну знаковую для меня песню "А знаешь всё ещё будет..."

Помню, как её пародировал Песков ("Устала... Алла!")

Помню, как у нас дома появилась любимая мною пластинка "Две звезды", сплошь из песен композитора Игоря Нколаева. Все 10 или 12 песен с неё были мною безгранично любимы, за исключением песни "Балет". Я её просто ненавидел, даже не знаю почему.

Помню, какое для меня было открытие, что до сольной карьеры она оказывается пела в "Веселых ребятах".

Когда я начал работать на радио, мой музыкальный мир расширился в несколько десятков раз, я переключился на западных исполнителей и песни Аллы в середине-конце 90-х у меня в воспоминаниях отразились слабо. Однако, три безусловных суперхита я оттуда помню: "Любовь, похожая на сон", "Сильная женщина плачет у окна" и "Позови меня с собой". Что было в музыкальном багаже дальше после "Позови..." я уже считал шелухой, ибо никакого влияния на меня новые песни примы уже не оказывали. Для меня она так и осталось - главной певицей моего детства.

http://community.livejournal.com/76_82/4157528.html?style=mine#cutid1